Церковно-приходские и земские школы: документы ученика

Церковно-приходская школа — начальная школа духовного ведомства: по Правилам 13 (25) июня 1884 года её открывал приходский священник, а руководили епархиальный училищный совет и Училищный совет при Синоде. Земская школа считалась народным училищем министерства просвещения, но содержало её земство. Ведомство школы определяет, в каком фонде лежат списки учеников, отчёты и свидетельства.

Начальная школа — первое место, где имя ребёнка попало в документ как его собственное, а не как строка семейного списка: в перечне учеников, в протоколе испытания, в свидетельстве. Сеть была большой. В 1884 году церковных школ насчитывалось 4 213, к 1914–1915 годам их стало около 40 тысяч; земских училищ в сельской местности 43 губерний к 1915 году работало почти 44 тысячи (42 739 одноклассных и 1 115 двухклассных). Для предка, родившегося во второй половине XIX века, учёба в такой школе возможна, но не гарантирована: обязательного начального обучения в империи не ввели.

Свидетельство об окончании выдавали на руки, а остальное — списки, отчёты, протоколы испытаний — оставалось в школе и уходило к инспектору и в совет. Сегодня эти бумаги лежат в региональных архивах, и находят их не по фамилии, а по школе и годам.

Чем церковно-приходская школа отличалась от земской и министерской

В документах слово «школа» ничего не говорит о ведомстве, а именно ведомство решает, в каком фонде лежат бумаги. Начальные школы империи подчинялись разным органам, и поиск ученика начинается с того, чтобы отнести школу к одному из них.

Земская школа — не отдельное ведомство, а способ содержания. Официально это одноклассное народное училище министерства народного просвещения, а расходы на него несло земство — выборное самоуправление уезда и губернии: в бумагах рядом стоят «земское училище», «народное училище» и «одноклассное училище», и речь идёт об одном здании. Надзор вели чиновники министерства. Должность инспектора народных училищ появилась в 1869 году, а земству для открытия школы требовалось разрешение.

Церковно-приходской называли школу, которую открывал приход — община верующих при одном храме. Слово встречается уже в Положении 1864 года, где так названы училища, открываемые православным духовенством, но систему под этим именем создали Правила 1884 года. Цель, записанная в них, — утверждать в народе православное учение веры и нравственности и сообщать первоначальные полезные знания. Школу открывал приходской священник; преподавал он сам, другой член причта либо учитель или учительница, которых утверждал епархиальный архиерей.

Какая сеть преобладала, зависело от места. Земства действовали не везде, и там, где их не было, школы держали министерство, духовное ведомство и сельские общества. По подсчётам исследователя на материалах школьных переписей, в 1911 году более 60% учеников приходилось на земские школы в ряде губерний Центрально-промышленного района, а доля церковных школ была выше на севере, на юго-западе и в Среднем Поволжье. Это ориентир, а не правило для уезда: вопрос решает перечень школ уезда на нужный год.

Даты, от которых зависит, где искать дело

Большинство рубежей из списка создавало или меняло орган, который вёл бумаги, поэтому год рождения ребёнка подсказывает, к какому порядку относилась его школа.

• 14 (26) июля 1864 года. Положение о начальных народных училищах. Оно перечислило типы начальных школ, потребовало разрешения уездного училищного совета на открытие и учредило губернские и уездные училищные советы. Программа: Закон Божий, чтение церковных и гражданских книг, письмо, первые четыре действия арифметики и, где возможно, церковное пение. Принимать велено детей всех сословий независимо от вероисповедания.
• 1869 год. Появились инспекторы народных училищ: они проверяли земские, приходские и городские школы. Их отчёты и выписи из «ревизионных книг» — главный след проверок: такие дела есть в описи Козьмодемьянского уезда за 1913–1915 годы.
• 25 мая (6 июня) 1874 года. Новое Положение передало попечение о начальном образовании в уезде уездному предводителю дворянства и уездному училищному совету. В совет входили инспектор народных училищ, представители ведомств, епархиального начальства и уездного земского собрания; состав зависел от редакции закона. Протоколы заседаний совета — отдельный вид дел.
• 13 (25) июня 1884 года и 19 (31) января 1885 года. Правила о церковно-приходских школах и создание Училищного совета при Синоде. До 1885 года такого совета не существовало, и искать в его делах что-либо за более ранние годы не стоит.
• 14 (26) марта 1890 года и 4 (16) мая 1891 года. Циркуляр министерства народного просвещения передал школы грамоты — самый простой тип с курсом в один-два года (молитвы, чтение, письмо, счёт) — в ведение Синода, а Правила о школах грамоты 1891 года подчинили их епархиальным училищным советам. До этого такие школы находились в разных ведомствах или у частных лиц, и их бумаги могут лежать в другом фонде.
• 1896 год. Казна приняла на себя значительную часть расходов на церковные школы: на 1896 год отпущено 3 279 205 рублей. За тридцать лет сеть выросла с 4 213 школ в 1884 году примерно до 40 тысяч к 1914–1915 годам.
• 18 (31) января 1911 года. Однодневная перепись начальных школ империи. Итоги вышли в 16 выпусках (СПб., 1913–1916, под редакцией В. И. Покровского), а уездные сведения оставались у инспекторов — в описи Козьмодемьянского уезда, о которой речь ниже, таких дел три.
• 1917 год. В июне Временное правительство передало церковные школы министерству народного просвещения, а в декабре дело воспитания и образования перешло к Наркомпросу.

Школьное здание: как узнать школу в селе и на старом снимке

Школа в селе — это здание, и оно же след в документах. Земские училища строили по типовым планам: Типовые проекты Московского губернского земства 1898 года предусматривали класс площадью 55 квадратных метров на 40–60 учеников. Школьное здание общепринятого типа состояло из класса, раздевалки и квартиры учителя из комнаты и кухни, а уборную выносили в отдельную постройку. С 1905 года земства начали переходить на двухкомплектные школы с двумя учителями.

Одноэтажная бревенчатая сельская школа начала XX века: высокие окна на длинной стене, крыльцо с навесом и печная труба над двускатной кровлей.

Здание оставляло отдельные дела. В описи инспектора народных училищ Козьмодемьянского уезда Казанской губернии дело об открытии двухклассного училища в селе Петнуры (1876–1878) состоит из приговоров сельских обществ, прошений, донесений и переписки, а в 1877 году отдельно лежит протокол волостного схода об избрании почётного блюстителя этого училища. Рядом помещены договоры строительного комитета с крестьянами на постройку дома под училище и счета на оплату работ (1878). В 1911 году в той же описи значится «переписка о строительстве школьных помещений», в 1915-м — «акты приёма вновь построенных школьных зданий».

Для генеалога такие дела дают три вещи. Первая — год открытия школы: он ограничивает окно поиска, до этой даты списков именно этой школы быть не может. Вторая — имена: в приговорах сельских обществ обычно перечислены присутствовавшие домохозяева, а договоры на постройку называют исполнителей работ. Третья — ведомство, которому школа принадлежала: оно видно по тому, кто разрешал открытие и в чьём фонде лежит дело.

Класс, учитель и учебный год: что значит «ходил две зимы»

Срок обучения зависел от типа школы. По Правилам 1884 года в одноклассной церковно-приходской школе учились два года, в двухклассной четыре; по справочным изданиям, с начала XX века двухклассная школа стала трёхгодичной, так что в каждом случае нужен документ. В школе грамоты курс занимал один-два года. Земское училище было в основном трёхлетним, его называли «трёхзимним»: занятия шли зимой, когда детские руки не требовались в поле.

Класс сельской школы начала XX века: дощатые парты со скамьями, доска у стены, икона в красном углу и печь, окна только с левой стороны.

Учебный год в сельской школе начинался около 1 октября и официально шёл до 1 мая — около семи месяцев. На деле набиралось примерно 125 учебных дней вместо положенных 150. Большинство детей учились около пяти месяцев в году. Поэтому счёт на зимы в семейных рассказах — «ходил две зимы» — обычно описывает два таких коротких года, а не два полноценных.

Предметы в церковной школе: Закон Божий (молитвы, священная история, краткий катехизис), чтение церковной и гражданской печати, письмо, начальные арифметические действия, церковное пение; девочкам преподавали рукоделие. В двухклассных школах добавлялись начальные сведения из церковной и отечественной истории, географии, черчения и, по возможности, рисование. В земской школе по Положению 1874 года обязательными были Закон Божий, чтение, письмо и четыре действия арифметики, пение вводили по возможности. Министерская программа 1897 года предписывала учить чтению по Псалтири и Часослову.

Закон Божий в обеих сетях обычно преподавал священник — законоучитель. В бумагах школы он числится отдельно от учителя, на него заводили собственный послужной список, и это вторая линия поиска, о которой говорится в разделе об учителях.

Кто сидел за партой: возраст, сословие, девочки

Министерство предписывало принимать детей от 8 до 12 лет. В земских школах в 1911 году 73% учеников были в возрасте 8–11 лет, 2% младше восьми и 25% старше одиннадцати. В школах духовного ведомства Ярославской губернии возраст колебался от 7 до 15 лет, а основную массу составляли дети 8–12 лет.

Отсюда рабочая арифметика поиска: к году рождения прибавляют 8 и 12 и получают окно, в котором ребёнок мог оказаться в списке. Родившийся 3 (15) февраля 1886 года мог учиться между 1894 и 1898 годами, и просматривать нужно учебные годы с 1894/95 по 1897/98: отчёт за учебный год захватывает конец одного календарного года и начало следующего. Если школа открылась позже окна, ребёнок учился в другой или не учился вовсе, и поиск возвращается к вопросу, где семья жила на самом деле.

Состав учеников был почти однородным. Положение 1864 года разрешало учиться детям всех сословий, но в школах духовного ведомства Ярославской губернии, по данным исследователя, 95,6% учеников были детьми крестьян, 1,8% — детьми духовного звания, 1,1% — мещан, 0,2% — чиновников и 0,1% — дворян. Запись «сын дьячка» или «из мещан» в списке — исключение, которое выводит на отца и в другие фонды.

Девочки учились реже и меньше. В Ярославской губернии на сто мальчиков 8–9 лет приходилось 46–60 девочек, а в 12–13 лет — 24–36. В 94% земских школ в 1911 году мальчики и девочки сидели в одном классе, так что девочку ищут в том же списке и узнают по имени. Были и отдельные женские церковные школы: в описи Козьмодемьянского уезда за 1892 год значится «Отчёт Большеюнгинской женской церковно-приходской школы».

Какие бумаги остаются от школы

Об ученике сохраняется не личное дело, а строка в общем документе. В описи фонда инспектора народных училищ Козьмодемьянского уезда Казанской губернии (Ф-57, оп. 1, 1874–1918; опись размещена на сайте Государственного архива Республики Марий Эл) нет ни одного дела под названием «личное дело ученика», зато на большинство лет от 1881 до 1916 года есть отчёты училищ, а среди дел встречаются списки учеников, протоколы испытаний и копии свидетельств.

Графлёный лист ученического списка на столе: разлинованная таблица с неразборчивыми рукописными строками на пожелтевшей бумаге.

Заголовки в таблице — образец, а не шифры для заказа: у каждого архива свои фонды и номера. Но по формулировкам видно, какие слова искать в описи: «списки учеников», «отчёты училищ», «испытания», «свидетельства», «похвальные листы».

Церковные школы попадают в светские фонды лишь отчасти, и список учеников церковно-приходской школы в таком фонде — удача, а не правило. В той же описи за 1890 и 1892 годы есть отчёты церковно-приходских школ, за 1892 год — отчёт женской церковной школы и список учащихся, окончивших Малоюнгинское земское училище, за 1899-й — отчёт Кузнецовского церковно-приходского училища, а за 1915–1916 годы — «статистические сведения о сети церковно-приходских школ уезда». Это случайные следы, не полный комплект: основной массив церковных бумаг логично искать в фондах епархиальных училищных советов и епархии.

Свидетельство об окончании и похвальный лист выдавали на руки, поэтому дома их находят чаще, чем в архиве. Искать стоит в тех же папках, где лежат документы о воинской службе: образование влияло на срок действительной службы по Уставу о воинской повинности 1874 года.

Где искать: от архива губернии до столиц

Дела школы лежат в архиве региона, на территории которого она стояла, а не по месту жительства потомка. Границы с XIX века менялись, так что архив определяют по тому, где сейчас находится бывший уезд. Первым шагом служит каталог архивов и учреждений: в нём находят архив нужного региона.

Архив губернии. Основной массив здесь. Названия фондов определяются органами, которые вели школы: дирекция народных училищ губернии, инспектор народных училищ уезда, уездный училищный совет, земская управа. Образец структуры — Ф-57 «Инспектор народных училищ Козьмодемьянского уезда Казанской губернии» (1874–1918): опись занимает 20 листов. Церковные школы ищут в фондах епархиального училищного совета и его уездных отделений, если они сохранились, и в делах епархии.

РГИА. В Российском государственном историческом архиве в Санкт-Петербурге хранятся документы министерства народного просвещения и синодальных учреждений, включая Училищный совет и Учебный комитет при Синоде. Это уровень законов, циркуляров и общих дел; списки учеников деревенской школы здесь, как правило, не ищут: их вели на месте.

Москва и Петербург. Для школ столиц региональными архивами служат ЦГА Москвы и ЦГИА Санкт-Петербурга.

Печатные источники. Проверить, действовала ли школа в нужном месте и году, можно без поездки. Итоги переписи 1911 года вышли в 16 выпусках. Сведения о начальном образовании собраны в «Начальном народном образовании в России» (под редакцией Г. Фальборка и В. Чарнолуского, СПб., 1900–1905, тома 1–4). Данные по сельским училищам 60 губерний на 20 марта (1 апреля) 1880 года опубликованы под редакцией А. В. Дубровского. Епархиальные ведомости печатали отчёты о состоянии церковных школ. Свои справочники были и у губерний: в Ярославле вышли «Начальные народные училища ведения Министерства народного просвещения в 1897 году» (1899) и обзор деятельности епархиального училищного совета за 25 лет (1913). Подобные издания ищут в каталогах библиотек по названию губернии и словам «училища» и «школы».

Как найти школу предка: порядок поиска

Именных указателей к школьным спискам почти нет, поэтому поиск строят от места и года, а не от фамилии.

1. Выясните, где семья жила, когда ребёнку было 8–12 лет. Опорой служат метрическая запись о рождении, ревизские материалы, данные переписи 1897 года, семейные бумаги.
2. Определите приход, волость и уезд. Без этого не выбрать ни архив, ни фонд; о порядке работы с ними — в материале как работать в архиве.
3. Найдите школы поблизости. В клировой ведомости прихода первая часть описывает храм, имущество и наличие школы при церкви. Школы уезда и их учителей показывают памятные книжки губерний.
4. Отнесите школу к ведомству. «Церковно-приходская» и «школа грамоты» — духовное ведомство; «земское», «народное», «министерское» училище — министерство народного просвещения.
5. Откройте описи нужного архива и найдите фонд ведомства. Просмотрите дела за окно лет по словам «списки учеников», «отчёты», «испытания», «свидетельства», «похвальные листы».
6. Составьте запрос: назовите школу, уезд, губернию и годы, дайте сведения о ребёнке (имя, отчество, примерный год рождения, сословие отца) и попросите проверить списки учеников и отчёты.

Образец запроса (имена и названия условные):

Прошу сообщить, сохранились ли списки учеников и отчёты Покровской земской школы Бежецкого уезда Тверской губернии за 1894–1898 годы. Ищу сведения об Иване Петровиче Смирнове, родившемся около 1886 года, сыне крестьянина села Покровского. Прошу сообщить фонд, опись и дела.

Ответ бывает отрицательным: списков за эти годы нет. Тогда спрашивают, что сохранилось по этой школе вообще: отчёт соседней школы или список окончивших порой содержит имя, которого нет в основном деле. Найденные даты и места удобно сразу заносить в конструктор семейного древа: так видно, какие годы жизни ребёнка остаются без документов.

Если списков нет: косвенные следы учёбы

Листы переписи 1897 года содержали графу о грамотности и о том, где человек обучается или обучался. Листов почти не сохранилось, поэтому находка здесь — удача, а не правило. Как устроена эта графа и чего в ней нет, объяснено в материале о переписи 1897 года; для школьного поиска важно одно: названное в ней училище даёт адрес для запроса.

Метрические книги дают косвенный признак: в брачном обыске и записи о венчании подписи жениха, невесты и поручителей отличают умевших писать от тех, за кого «за неграмотством расписался» другой. Собственноручная подпись говорит о том, что человек умел писать, но не о том, в какой школе он учился, и не о том, сколько лет.

В XX веке графа «образование» встречается в анкетах, личных делах и военных документах. Запись вида «окончил церковно-приходскую школу» в анкете 1920–1930-х годов указывает на школу до 1917 года и сужает диапазон лет учёбы.

Дома остаются свидетельство и похвальный лист, учебники и тетради, фотографии выпуска и школьного здания: на обороте снимка может быть записан год.

Сведения об учёбе записывают с оговоркой об источнике: «в списке учеников школы за 1895/96 год», «в анкете 1927 года». Вывод «окончил курс» требует свидетельства или протокола испытания, а «был грамотен» — подписи или отметки о грамотности. Пробел в документах отмечают в семейном древе как задачу поиска, а не заполняют догадкой.

Учитель и законоучитель: вторая линия поиска

Если в семье был учитель, документов о нём больше, чем об ученике. В описи инспектора Козьмодемьянского уезда сохранились прошения учителей о приёме на работу и увольнении, прошения о разрешении вступить в брак, об отсрочке от призыва, формулярные и послужные списки законоучителей, получивших медали «За усердие» (1887), и копии послужных списков священников с прошениями о принятии законоучителями (1912–1913).

Два вида дел особенно полезны. В делах пенсионной кассы учителей за 1914–1918 годы лежат ведомости о служебном и семейном положении, метрические сведения, удостоверения и заявления: по ним можно сверить дату рождения учителя и состав семьи. Сведения канцелярии губернатора о нравственной и политической благонадёжности учителей (1913–1917) и характеристики преподавателей добавляют оценку службы, какой нет в других бумагах.

В церковных школах преподавали священники, диаконы и дьячки, а также выпускники церковно-учительских школ и епархиальных училищ. Для священника-законоучителя действует тот же порядок, что для духовенства вообще: клировые ведомости, послужные списки, консисторские дела; он изложен в статье о генеалогии духовенства. Земские учителя входили в круг так называемого «третьего элемента» земства; перечень земских служащих начинают с ежегодных отчётов управы.

Что стало со школами в 1917 году и как записать найденное

В июне 1917 года Временное правительство передало церковные школы, больше 37 тысяч учебных заведений, министерству народного просвещения, а в декабре дело воспитания и образования перешло к Наркомпросу; школы отошли новой власти вместе со зданиями и библиотеками. Земские учреждения упразднили в 1918–1919 годах. Судьбу школьных бумаг определяло то, какому органу достался фонд: надёжной сводки по стране нет, сохранность сильно различается по губерниям, и оценивать шансы приходится по описям конкретного архива.

В родословную записывают не «учился в церковно-приходской школе», а проверяемую формулу: имя, школа, ведомство, уезд, учебные годы, источник с фондом, описью и делом, вывод. Условный пример: «Иван Петрович Смирнов, около 1886 г. р., в списке учеников Покровской земской школы Бежецкого уезда за 1895/96 год; источник — архив, ф., оп., д., л.; сведений об окончании нет». Такая запись показывает пробел в документах и не подменяет находку выводом.

Все найденные факты о детстве и учёбе предков удобно сводить в одном месте: создайте древо, приложите к каждому человеку ссылку на дело и отметьте, где стоит продолжить поиск.