Нижний чин: кто это и как искать такого предка в архивах

Нижний чин — общее название солдат и унтер-офицеров русской армии и флота, то есть всех военнослужащих ниже офицерского звания. Это была не разговорная, а учётная категория: от неё зависели порядок призыва, дисциплинарные правила и главное для исследователя — какие бумаги о человеке заводились и сохранились ли они. Первый вопрос к военному предку звучит именно так: офицер или нижний чин.

Кого закрывало собой это словосочетание

Чины в армии выстраивались в четыре ступени: генералы, штаб-офицеры, обер-офицеры и нижние чины. Последняя была самой населённой — в неё входила основная масса войска.

Внутри неё тоже существовала лестница. На нижних ступенях стояли рядовые, и назывались они по роду войск и по типу полка: в пехоте рядовой, в гренадерских полках гренадер, в мушкетёрских — до их переименования в пехотные в начале XIX века — мушкетёр, в кавалерии гусар, улан, драгун, кирасир, в артиллерии канонир, в казачьих войсках казак. Над рядовым стоял ефрейтор — старший солдат, который унтер-офицером ещё не считался. Выше начинались унтер-офицерские звания, и они тоже относились к нижним чинам. Отдельной группой шли нестроевые: писари, фельдшеры, мастеровые, обозные, музыканты.

Весной 1917 года от официального деления на «господ офицеров» и «нижних чинов» отказались, слово ушло из делопроизводства и осталось только в документах прежних лет.

Граница, которая решала судьбу бумаг

Офицер имел классный чин по Табели о рангах. Нижний чин классного чина не имел и в эту систему не входил вовсе — отсюда и разница в делопроизводстве.

На офицера заводили персональный послужной список: происхождение, образование, прохождение службы по годам, походы, награды, семейное положение, имения. Это готовая биография на нескольких листах. На рядового такого документа не полагалось. Его след — строка в ротном или эскадронном именном списке: фамилия, имя, год приёма на службу, откуда призван, иногда вероисповедание и грамотность. Поэтому поиск солдата идёт не от фамилии к делу, а от места призыва к части и уже от части к спискам.

Сколько служили: от рекрутчины до жребия

Рекрутская повинность действовала с начала XVIII века. Служба сначала была пожизненной, с конца XVIII столетия её ограничили двадцатью пятью годами, а в первой половине XIX века сроки постепенно сокращали. Рекрут уходил из общины навсегда: он выбывал из податного сословия, а его семья меняла статус.

Устав о воинской повинности, утверждённый 1 января 1874 года, заменил рекрутские наборы всесословным призывом. Общий срок в сухопутных войсках составил пятнадцать лет: шесть лет действительной службы и девять в запасе, на флоте — семь и три. Призыву подлежали мужчины, достигшие двадцати лет, а кто именно пойдёт служить, решал жребий: он вынимался один раз в жизни. Были льготы по семейному положению — единственный работник в семье попадал в первый разряд, — и льготы по образованию, сокращавшие действительную службу от четырёх лет до полугода. Перед Первой мировой войной пехотинец служил уже около трёх лет, в кавалерии и артиллерии дольше.

Откуда берётся первый документ

До 1874 года след призыва ищут в двух местах. Первое — ревизские сказки: в них против имени ставили отметку об отдаче в рекруты с указанием года набора. Второе — материалы рекрутских присутствий: приёмные росписи, очередные и рекрутские списки, квитанции о сдаче охотника или найме за себя.

После введения всесословной повинности цепочка другая. Призывные списки составляли волостные правления и городские управы по волости и приходу, а решение принимало уездное по воинской повинности присутствие. В его делах остаются возраст, семейное положение, рост, грамотность, результат жеребьёвки и отметка о зачислении в часть. Это и есть точка, где безымянный крестьянский сын превращается в солдата конкретного полка.

Что сохранилось в полковых фондах

Документы воинских частей до 1918 года собраны в Российском государственном военно-историческом архиве, флотские — в Российском государственном архиве Военно-Морского Флота. Внутри полкового фонда исследователю нужны именные списки нижних чинов по ротам, книги приказов по полку, алфавиты, ведомости на довольствие, представления к наградам, списки убыли.

Сохранность неровная. Часть полковых архивов погибла при эвакуациях и переформированиях, часть уцелела почти полностью, и предсказать это по названию части нельзя — проверяют по описям фонда. Адреса и профили хранилищ собраны в каталоге архивных учреждений.

Первая мировая: слой, где след плотнее всего

Для 1914–1918 годов положение исследователя заметно лучше, чем для XIX века. Работали картотеки бюро учёта потерь, заполнялись госпитальные карточки, велись наградные документы, публиковались списки. Часть этих материалов оцифрована и выложена Министерством обороны в открытый доступ, поиск ведётся по фамилии с уточнением по губернии и уезду.

Две оговорки. Формулировка о судьбе бойца в карточке отражает то, что знали в момент её заполнения, а не итог — подробнее об этом в термине Пропал без вести. И написание фамилии в картотеке может отличаться от паспортного: писарь записывал на слух.

Отставка, запас и гражданские следы

Уволенный нижний чин получал документ об отставке или увольнительный билет и возвращался в гражданскую жизнь уже с другим статусом. Отставные солдаты не возвращались в крепостную зависимость и не платили подушной подати, их вдовы и дети выделялись в особые группы учёта.

Дальше человек виден в обычных источниках, но с пометой. В метрических книгах он записан как «отставной рядовой», «уволенный в запас», «солдатка» — про жену. В посемейных списках волости против имени стоит отметка о службе и годе увольнения. Иногда именно эта помета в приходской записи оказывается единственным указанием на то, что предок вообще служил.

Почему такой поиск труднее офицерского

Дело не в удаче исследователя, а в устройстве самого делопроизводства. Персонального дела нет, поэтому искать нужно документ о группе людей, а не о человеке. Названия частей менялись при переформированиях, и полк 1880-х годов может не совпадать с полком того же номера в 1910-х. Наконец, в именных списках фамилия нередко идёт без отчества, а однофамильцы из одного уезда служили в одной части — различить их удаётся только по возрасту и месту рождения.

Отсюда правило: сведения о нижнем чине почти всегда собираются из нескольких документов, и ни один из них сам по себе не считается доказательством.

Порядок, который экономит месяцы

Рабочая последовательность выглядит так:

1. Установить уезд и волость, к которым приписана семья, по метрикам, посемейным спискам и документам о землепользовании.
2. Найти дела уездного по воинской повинности присутствия за нужные годы и проверить призывные списки.
3. Определить, какие части комплектовались из этой местности, — по справочным изданиям военного ведомства и по соседям призывника.
4. Прочитать семейные фотографии: шифровки и номера на погонах, кант, знаки на головных уборах указывают на часть точнее любого предания.
5. Проверить награды: у солдатского креста есть номер, а номер выводит на именные списки кавалеров.
6. Только после этого писать запрос в архив, назвав часть, годы и предполагаемое место призыва.

Пропуск первых шагов приводит к отказу с формулировкой о недостаточности сведений — архив не ищет по одной фамилии.

Как отразить службу в родословной

Звание не входит в имя. В карточке человека для него отводят отдельное поле, рядом ставят годы службы, часть и источник, откуда это взято. Разграничивать стоит жёстко: «рядовой 2-й роты такого-то полка, именной список, 1915» и «по семейному рассказу служил в артиллерии» — сведения разного веса, и в древе они должны выглядеть по-разному.

Удобно сразу заводить отдельные записи под каждый документ: призывной список, полковой именной список, наградная карточка. Тогда при появлении нового источника не придётся вспоминать, откуда взялась старая дата. В конструкторе древа такие поля и источники хранятся при каждой персоне, а военная линия семьи видна отдельной веткой. Если военный предок у вас пока один, начните с его карточки и постепенно подвесьте к ней родителей и братьев — призывные списки часто дают их всех разом.