Термин глоссария
Кантонист: кто это и что искать в его документах
Кантонист — сын нижнего воинского чина, с рождения числившийся за военным ведомством и обучавшийся в особой школе до поступления на службу. Наименование действовало в России с 1805 по 1856 год.
Кантонист — сын нижнего воинского чина, с рождения принадлежавший военному ведомству и обязанный будущей службой. Наименование закрепили за всеми солдатскими сыновьями в 1805 году; учили их в особых школах, а по выпуску определяли в полк. Сословие упразднили в 1856 году, но бумаги кантонистских заведений остались и нередко оказываются единственным следом солдатской семьи.
Слово из прусского обихода
Термин пришёл из Пруссии, где кантонами назывались округа комплектования полков, а кантонистом — приписанный к округу военнообязанный. В России слово наполнили другим содержанием: оно обозначало не призывника из округа, а мальчика, принадлежавшего армии по факту рождения. Предыстория института уходит к петровским временам, когда при гарнизонах заводили школы для солдатских детей; в конце XVIII века их преобразовали в военно-сиротские отделения. Общее наименование распространили на всех солдатских сыновей в 1805 году, а в 1824 году заведения передали в ведомство военных поселений, и порядки там заметно ужесточились: через два года отделения переформировали в роты и батальоны военных кантонистов.
Как мальчик попадал в эту категорию
Главный путь был безрадостно прост: родиться в семье солдата после того, как отца забрали в рекруты. Такой сын числился за военным ведомством с первого дня, и брак родителей роли не играл — незаконнорождённые сыновья солдатки попадали в тот же разряд. Обязательное зачисление в школы приходилось на возраст примерно от десяти до четырнадцати лет, а с 1828 года солдатских сыновей разрешили оставлять при родителях до возмужания. Мест в заведениях при этом хватало далеко не всем: наименование носили все сыновья нижних чинов, а вместить школы и батальоны могли лишь малую их часть, поэтому большинство мальчиков росло дома, числясь за ведомством на бумаге. Помимо солдатских детей в кантонисты определяли сирот и беспризорных, сыновей бедных жителей и раскольников, а также малолетних, поступавших по рекрутской повинности отдельных групп населения — финских, польских, цыганских, еврейских.
Школа изнутри: чему учили
Программа была прикладной. Грамота, счёт, строевая подготовка, ремесло — набора хватало, чтобы через несколько лет занять в полку должность. Часть заведений специализировалась: выпускали писарей, фельдшеров, музыкантов, топографов, чертёжников, кондукторов инженерного ведомства. Дисциплина держалась на телесных наказаниях, а условия содержания различались по годам и заведениям настолько сильно, что выводить из отдельных воспоминаний общую картину некорректно. Дальше выпускника ждала служба — строй, унтер-офицерская должность, писарская или фельдшерская работа. Для мальчика крестьянского происхождения это оказывалось редким подъёмом по социальной лестнице, оплаченным разлукой с семьёй и годами казармы.
Кантонисты военных поселений
Отдельная ветвь истории — военные поселения, устроенные в правление Александра I. Сыновья поселян тоже числились кантонистами: они проходили строевое обучение с малолетства, но оставались при семьях и при хозяйстве. Передача военно-сиротских отделений в ведомство поселений в 1824 году свела две системы под одну администрацию. Для поиска это оборачивается особым комплексом бумаг: посемейные списки поселенных округов, где мужчины расписаны по возрастам и разрядам, ведомости о кантонистах, дела о переводе подросших в действующие части. Такие материалы бывают подробнее обычных сельских списков — армия считала своих людей тщательнее, чем казённая палата податных. Округа поселений существовали в нескольких губерниях, и если предок жил в одном из них, проверять нужно поселенное делопроизводство, а не волостное.
Еврейские кантонисты
Указ Николая I от 26 августа 1827 года распространил рекрутскую повинность на еврейское население, и малолетних стали направлять в кантонистские заведения; годы до совершеннолетия в срок службы не засчитывались. К оторванности от семьи и языка добавлялось религиозное давление, а крещение нередко сопровождалось сменой имени и фамилии. Общее число прошедших через эти заведения оценивают по-разному, единой надёжной цифры нет, и к конкретным числам из популярных пересказов стоит относиться сдержанно. Для поиска отсюда следует неприятное: линия такой семьи рвётся дважды — по документам и по именованию, и сшивать её приходится через дела военного ведомства, а не через общинные списки. Общий маршрут по еврейским источникам разобран в отдельном материале.
1856 год: конец сословия
Институт упразднили коронационным манифестом Александра II в 1856 году. Заведения преобразовали в училища военного ведомства, наименование вышло из обихода, а дети нижних чинов перестали автоматически принадлежать армии. Для родословной это удобный рубеж. Родился предок заметно раньше середины 1850-х и был сыном солдата — кантонистские документы искать имеет смысл. Родился позже — почти наверняка нет, и время лучше потратить на приходские метрики и посемейные списки. Мальчики, не успевшие к упразднению выйти в службу, возвращались к родителям либо устраивались в гражданской жизни, и дальше их след ищется в обычных для сословия бумагах.
Какие пометы выдают кантониста
В метрических книгах отец записан нижним чином, а сын проходит как солдатский сын; иногда стоит прямо «кантонист» с названием батальона. В податных материалах семья солдата выпадает из оклада: вместо состава двора появляется помета о выбытии в рекруты. На этом месте крестьянская линия чаще всего и обрывается — выбывших продолжают искать в ревизских сказках, где их уже нет и быть не может. У взрослого человека происхождение сохраняется в графе послужного документа: «из кантонистов», «из солдатских детей», иногда с указанием заведения. Эта строка в формулярном списке и служит мостиком к предыдущему поколению.
Куда идти за делом
Основной массив по военному ведомству отложился в Российском государственном военно-историческом архиве: делопроизводство военных поселений, документы кантонистских батальонов и полубатальонов, формулярные и послужные списки. Номера фондов и описей уточняют по путеводителю архива, а не по памяти. В запросе достаточно указать имя, примерный год рождения, губернию и полк отца — этого набора обычно хватает для поиска по описям. Вторую половину материала держат региональные архивы: приходские метрики, где крестили солдатских детей, дела губернских правлений о приёме и отправке малолетних, переписка с воинскими начальниками. Разборы типовых источников и образцы обращений собраны в разделе статей. Имеет смысл заказывать поиск по двум ведомствам сразу: пока идёт ответ из военного архива, региональный успевает отработать приходские книги, и на руках оказываются обе половины одной биографии.
Ограничения и частые ошибки
Первая ошибка — принимать кантониста за наследственное сословие. Это состояние, из которого выходили в службу, а не группа, передающаяся из поколения в поколение. Вторая — продолжать искать мальчика в крестьянских документах после ухода отца в рекруты: с этого момента семья ведётся по другому ведомству и в сельских списках её нет. Третья — доверять фамилии как постоянной величине. Сиротам, подкидышам и крещёным еврейским кантонистам фамилию нередко назначали в заведении: по месту, по прозвищу, по имени восприемника — к родовому имени она отношения не имеет. Историю конкретной фамилии разумнее сверять по каталогу фамилий, чем выводить из одной записи. И сохранность неровная: отсутствие человека в найденной описи ещё не доказывает, что дела не существовало.
Зачем кантонист нужен в родословной
Ценность этой находки в том, что она сшивает разорванное. Солдатская семья выпадает из податного учёта, и линия упирается в короткую помету о рекрутском наборе; документы военного ведомства дают ей продолжение — возраст, место рождения, имя отца, иногда деревню и владельца. По такой цепочке удаётся вернуться в ту самую ревизию, из которой человек исчез, и опознать двор. Для солдатской ветви разумно сразу завести отдельную схему: собрать древо в конструкторе и прикреплять источник к каждому событию, чтобы через месяц не гадать, откуда взялась дата. Когда линий несколько и они пересекаются, удобнее работать в редакторе, где видно, какие связи подтверждены документом, а какие пока держатся на догадке.
Вопросы и ответы
Кантонист — это сословие, звание или должность?
Ни то, ни другое, ни третье в привычном смысле. Это правовое состояние малолетнего: принадлежность военному ведомству по рождению или по зачислению, с обязанностью будущей службы. Званием оно не было — чины кантонист получал уже в полку, после выпуска. Наследственным сословием тоже не являлось: из состояния кантониста выходили в службу, а сын самого кантониста, родившийся после отмены института, никакого особого статуса уже не имел. В документах формулировка встречается двояко: как текущее положение мальчика («кантонист такого-то батальона») и как указание происхождения взрослого человека («из кантонистов»). Второй вариант ценнее для поиска, потому что стоит в формуляре рядом с возрастом и местом рождения и позволяет шагнуть на поколение назад. При переносе в родословную формулировку лучше сохранять дословно, а пояснение выносить в примечание к источнику.
Отца забрали в рекруты, и сын пропал из ревизии. Где его искать?
Это типовая ситуация, а не утрата документа. С момента поступления отца на службу семья переставала числиться в податном окладе, поэтому сыновей в сельских списках больше нет — их ведёт военное ведомство. Порядок поиска такой. Сначала уточните год набора по помете в ревизской сказке или по рекрутскому списку общества. Затем ищите крещение сына в метрике того прихода, где семья жила: запись сохранится, даже если в ревизии ребёнка уже нет. Дальше идут материалы военного ведомства — именные списки кантонистов, дела о приёме малолетних, переписка губернского правления с воинским начальником. Последний шаг — формуляр взрослого человека, если он дослужился до должности: там указано происхождение и возраст. Пропуск любого из этих звеньев обычно и создаёт ощущение, что документы утрачены, хотя на деле они просто лежат в другом ведомстве.
Что происходило с кантонистом, если отец погибал на службе?
Гибель или смерть отца положения мальчика не меняла: он оставался за военным ведомством, потому что принадлежность определялась рождением, а не тем, жив ли солдат. Сироты и полусироты из солдатских семей как раз и составляли заметную часть воспитанников, а отдельные заведения изначально создавались под призрение таких детей. Мать при этом теряла права на сына: закон отдавал его ведомству независимо от её желания и семейного положения. Практически это означает, что документы о смерти отца и документы о зачислении сына лежат в разных местах и не ссылаются друг на друга. Искать приходится параллельно: полковые бумаги и метрики по отцу, списки заведения по сыну, а связывать их по имени, отчеству, возрасту и названию полка. Если совпадают три признака из четырёх, версию можно принимать как рабочую и проверять следующим документом.
Всех ли еврейских кантонистов крестили?
Нет, и обобщения здесь особенно опасны. Давление было систематическим, но результат разным: одни мальчики крестились, другие сохраняли веру, третьи меняли её формально и возвращались к прежней жизни после выпуска. Достоверной общей статистики по этому вопросу не существует, а цифры, кочующие по популярным текстам, происходят из разных и плохо сопоставимых подсчётов. Для поиска практический смысл в другом: крещение обычно сопровождалось сменой имени, а порой и фамилии, поэтому человек может проходить по документам под двумя разными именованиями. Если линия обрывается на середине XIX века, проверьте обе версии написания и ищите дело о присоединении к православию — оно нередко содержит сведения о родителях и месте рождения. Записывайте в древе оба имени сразу, иначе потомки будут искать несуществующего однофамильца.
Можно ли по кантонисту узнать родную деревню предков?
Часто да, и это главная причина, по которой за такими документами вообще идут. В именных списках заведений и в формулярах указывали место рождения или место приписки отца: губерния, уезд, иногда прямо село с названием прихода. Найдя такую строку, вы получаете точку входа в сельские источники — метрики, ревизские материалы, посемейные списки. Дальше линия разворачивается уже привычным крестьянским маршрутом. Осторожность требуется в одном: место рождения могли записать со слов, с искажением названия, а иногда указывали место службы отца вместо родного села. Проверяйте версию по второму документу и сопоставляйте с картой уезда на нужный год: границы и названия менялись, а деревень с одинаковым именем в губернии бывает несколько. Совпадение названия без совпадения уезда доказательством не считается.
В формуляре написано «из кантонистов» — что делать дальше?
Эта строка означает, что перед вами сын нижнего чина, прошедший через заведение военного ведомства, и что его отец служил. Дальше работают три направления. Первое — выяснить год и место рождения из того же формуляра и искать крещение в метрике соответствующего прихода; там будет имя отца с указанием чина. Второе — по полку отца выйти на полковые документы и на рекрутский набор, из которого он попал в армию. Третье — вернуться в сельские источники общества, откуда отца отдали: рекрутские списки и податные материалы покажут двор и родню. Порядок именно такой: от человека к отцу и затем к деревне. Попытка начать с деревни без имени отца обычно заканчивается перебором однофамильцев, потому что в одном селе таких семей могло быть несколько, а различить их без чина и года набора нечем. Каждую промежуточную находку отмечайте с указанием дела, иначе цепочка рассыплется при первой же проверке.
До какого года имеет смысл искать кантонистские документы?
Верхняя граница — 1856 год, когда институт упразднили. После этого наименование из делопроизводства уходит, а дети нижних чинов перестают автоматически принадлежать ведомству, поэтому искать кантониста среди родившихся в 1860-е бессмысленно. Нижняя граница размыта: само слово в ходу с 1805 года, но солдатские дети учитывались и раньше — в гарнизонных школах и военно-сиротских отделениях, просто под другими названиями. Отсюда рабочее правило: если предок родился между началом XIX века и серединой 1850-х в семье нижнего чина, документы стоит запрашивать; если раньше, ищите те же сведения под старыми наименованиями заведений — гарнизонная школа и военно-сиротское отделение вели похожие по составу списки. Свести найденные даты в наглядную линию поколений проще в конструкторе семейного древа, где у каждой даты остаётся ссылка на документ.
Связанные термины
Ефрейтор
Ефрейтор — воинское звание рядового состава: выше рядового, ниже сержанта. В русской армии до 1917 года так называли старшего солдата из нижних чинов, не унтер-офицера; в Красной армии звание вернули в 1940 году.
Фельдшер
Фельдшер — медицинский помощник врача со средним образованием. В Российской империи его готовили сначала для армии как нестроевого нижнего чина, позже он пришёл в гражданскую и земскую медицину. В документе слово называет образование и ведомство, но не сословие.
Георгиевский кавалер
Георгиевский кавалер — человек, удостоенный награды георгиевской системы: офицер с орденом Святого Георгия или нижний чин со знаком отличия Военного ордена, с 1913 года называемым Георгиевским крестом. Награждение оставляет именной документ с номером знака.
Книга памяти
Книга памяти — справочное издание или электронная база с поимёнными списками: погибших и пропавших без вести на войне, а также людей, подвергшихся политическим репрессиям. Составлялась по региональному принципу на основе учётных документов.
Князь
Князь — древний титул правителя у восточных славян, со временем превратившийся в наследственный родовой титул служилой знати, а в Российской империи — в высшую ступень титулованного дворянства.
Кулак
Кулак — в дореволюционном языке прозвище сельского скупщика и ростовщика, в советской практике конца 1920-х и начала 1930-х годов — административная категория, к которой относили крестьянские хозяйства в ходе коллективизации. Зачисление в неё влекло конфискацию имущества, лишение прав и высылку.